23 июля, Мюнхен, Literaturhaus – вечер русской культуры

[dkuzmin]

Подготовлен и проведен Розмари Титце – известной немецкой слависткой, переводившей самых разных авторов, от Евгения Попова до Григория Горина (в недавнем томе избранных сочинений Горина есть фотография, где они сняты вдвоем перед памятником барону Мюнхаузену в родном городе последнего). Аз многогрешный был приглашен в роли конферансье (или, как возвышенно выражаются на Западе, "модератора" – хотя чего тут модерировать?) – не столько, думается, для пользы дела, сколько в благодарность за участие в подготовке кое-каких русских публикаций в Германии. Участвующие поэты – Тимур Кибиров, Алексей Парщиков, Елена Фанайлова и Мария Степанова. Первого переводила и всячески опекала сама Титце (читан был кусок из книги "Когда был Ленин маленьким" – не понимаю, зачем и почему это может быть интересно немецкому читателю; впрочем, значительная часть публики была, надо полагать, русская); настолько, что, как выяснилось, живет он сейчас в небольшом городке под Мюнхеном в качестве стипендиата той же самой непонятной организации, которая субсидировала и вечер. Парщикова, Фанайлову и Степанову переводил немец по имени Хенрик Джексон – протеже Парщикова судя по тому, что тот, в свою очередь, прочел несколько стихотворений Джексона в своем переводе с немецкого. Увы, за незнанием языка ничего не могу сказать о переводах. Помимо выступлений четырех поэтов, представлена была и русская малая проза – в журнале "Akzente" готовится ее публикация, отчасти основанная на моей антологии "Очень короткие тексты": переводчик Давид Древс прочитал для примера два текста – Георгия Балла "Старик и кошка" и Линор Горалик первую главку из "Жизни неживотных"; получилась такая как бы даже и перекличка. Сверх того, был Псой Короленко, исполнивший про пиццу, про Буратино и прочие интернациональные хиты, и Алексей Айги с компанией. На круг вышло 4 (четыре) часа, с 20 до полуночи, – как публика выдерживала, не знаю.

Днем бродили по Мюнхену с Машей, Леной и Пашей/Псоем, отставшим в одном из городских парков на предмет дальнейшего сепаратного единения с природой. После чего пили кофе с Машей и Леной, беседуя о том, как следует по возможности справляться с уходом молодости и приближением старости.