![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzmin... в самом деле открылась в минувший четверг в Сахаровском центре. На удивление, собственно выставочная часть оказалась очень приличной – при том, что в принципе распечатывание фотофайлов с сетевым разрешением 72 dpi на листы формата A3 представляло собой, конечно, чудовищную авантюру. Даже поэтов, в итоге, оказалось не 107, а 112: милая девушка Наташа Магидова, дизайнер Сахаровского центра, не поленилась в последний момент доделать свежие фотографии. Ей же принадлежит группировка поэтов при развеске, местами очень забавная (стенд "поэты в очках", стенд "поэты с заломленными руками" и т.п.).
Вечер при открытии выставки вышел довольно средненький. Обещанные Пригов, Кружков и Фанайлова не появились, Вера Павлова села в зал в качестве слушателя и читать отказалась. Евгений Бунимович сперва тоже отказывался, но потом все-таки прочитал "Неглинную реку" прямо с листка, выложенного на выставке. То же самое сделала Фаина Гримберг. Иван Ахметьев подобрал тексты, связанные с размещенными на выставке авторами, что само по себе логично, но сделало его выступление совершенно непонятным для той части публики, которая не имела отношения к литературному сообществу (мама моя в конце подошла ко мне с листками наиболее понравившихся ей стихов, чтобы я ей подписал авторство, – искать самостоятельно по фотографиям у нее не хватило пороху, – и страшно удивилась, что и тут оказался Ахметьев, так не понравившийся ей вживую). Дина Гатина и Яна Токарева были обычным образом милы. Ольга Иванова прочитала один стишок и поделилась наиболее ярким впечатлением от выставки: какая у поэта Рубахина голливудская внешность. Илья Кукулин читал себя (правда, почему-то сильно сбиваясь) и стишок Вячеслава Загурского из свежего спецвыпуска "НЛО" (как раз про поэтические чтения стишок). Станислав Львовский – себя же и перевод из Плиуры, по тому же спецвыпуску; найти там нужную страницу перед выступлением он не успел и дал это сделать мне, по ходу чего я с изумлением обнаружил по соседству с Плиурой статью Маши Майофис с довольно подробным разбором моих стихов и целиком воспроизведенным зимним текстом (по такому случаю пришлось его прочесть, хоть я и не собирался). Андрей Сен-Сеньков почему-то не дождался своего выступления и по ходу вечера исчез, зато Константин Рубахин появился ровно в тот момент, когда я уже вознамерился закрыть вечер, – успел.
Обещанный Сахаровским центром компьютер в зал был выставлен, но к Сети его подключить не смогли, так что полюбоваться можно было только на сохраненную на диск лицевую страницу сайта. По окончании вечера поэт Рубахин достал ноутбук, подключился к Интернету через мобильник и принялся демонстрировать желающим фрагменты сайта, преимущественно – сделанные им самим (и вправду отличные) фотографии Витухновской и Лимонова. В кулуарах бродил someone Владимир Цапин, показывая из рук альтернативную выставку: сильно обработанные фотографии и монтажи (преимущественно авторов круга Клуба "Премьера").
Приезжали две съемочные группы: канал "Культура" и какие-то немцы. Немцы, правда, хотели снимать не выставку, а любые поэтические чтения – видимо, делают в связи с годом России во Франкфурте нечто обзорное по поводу российской литературной жизни. Взяли у меня довольно бессмысленное интервью (правда ли, что в России люди питают особый интерес к литературе? может ли сегодня поэт прожить поэтическим трудом? и т.п.). Отвечал им на английском, сбиваясь и забывая слова; впрочем, надо полагать, поверх все равно пустят немецкий перевод. Сюжет имел смешную предысторию: о съемке немецкая дама договаривалась по мылу из Германии, предлагая согласовывать подробности с организующей их московский визит Татьяной Набатниковой, я же ей отвечал, что ничего с Татьяной Набатниковой согласовывать не буду, потому что не желаю иметь дело ни с какими официальными лицами премии "Национальный бестселлер", присужденной писателю-фашисту Проханову. Немецкая дама, понятно, о Проханове ничего не слышала, так что объяснять ей подробности мне пришлось по ходу того же интервью, с Набатниковой, маячащей на заднем плане. И что характерно: первое же, что спросила немецкая дама, – "но ведь премия "Национальный бестселлер" дается книгам, которые лучше всего продаются, какие же могут быть претензии к жюри?" Т.е. расчет господина Топорова оказался верен: западные наивные люди так это и понимают, что бестселлер – это бестселлер, а не национальный (советский) бестселлер, назначенный решением ответственных товарищей.
Выставка открыта до 4 октября, кроме понедельника. Обещают, что сайт все-таки можно будет смотреть из зала, а по видео будет демонстрироваться запись чтений на открытии.
Вечер при открытии выставки вышел довольно средненький. Обещанные Пригов, Кружков и Фанайлова не появились, Вера Павлова села в зал в качестве слушателя и читать отказалась. Евгений Бунимович сперва тоже отказывался, но потом все-таки прочитал "Неглинную реку" прямо с листка, выложенного на выставке. То же самое сделала Фаина Гримберг. Иван Ахметьев подобрал тексты, связанные с размещенными на выставке авторами, что само по себе логично, но сделало его выступление совершенно непонятным для той части публики, которая не имела отношения к литературному сообществу (мама моя в конце подошла ко мне с листками наиболее понравившихся ей стихов, чтобы я ей подписал авторство, – искать самостоятельно по фотографиям у нее не хватило пороху, – и страшно удивилась, что и тут оказался Ахметьев, так не понравившийся ей вживую). Дина Гатина и Яна Токарева были обычным образом милы. Ольга Иванова прочитала один стишок и поделилась наиболее ярким впечатлением от выставки: какая у поэта Рубахина голливудская внешность. Илья Кукулин читал себя (правда, почему-то сильно сбиваясь) и стишок Вячеслава Загурского из свежего спецвыпуска "НЛО" (как раз про поэтические чтения стишок). Станислав Львовский – себя же и перевод из Плиуры, по тому же спецвыпуску; найти там нужную страницу перед выступлением он не успел и дал это сделать мне, по ходу чего я с изумлением обнаружил по соседству с Плиурой статью Маши Майофис с довольно подробным разбором моих стихов и целиком воспроизведенным зимним текстом (по такому случаю пришлось его прочесть, хоть я и не собирался). Андрей Сен-Сеньков почему-то не дождался своего выступления и по ходу вечера исчез, зато Константин Рубахин появился ровно в тот момент, когда я уже вознамерился закрыть вечер, – успел.
Обещанный Сахаровским центром компьютер в зал был выставлен, но к Сети его подключить не смогли, так что полюбоваться можно было только на сохраненную на диск лицевую страницу сайта. По окончании вечера поэт Рубахин достал ноутбук, подключился к Интернету через мобильник и принялся демонстрировать желающим фрагменты сайта, преимущественно – сделанные им самим (и вправду отличные) фотографии Витухновской и Лимонова. В кулуарах бродил someone Владимир Цапин, показывая из рук альтернативную выставку: сильно обработанные фотографии и монтажи (преимущественно авторов круга Клуба "Премьера").
Приезжали две съемочные группы: канал "Культура" и какие-то немцы. Немцы, правда, хотели снимать не выставку, а любые поэтические чтения – видимо, делают в связи с годом России во Франкфурте нечто обзорное по поводу российской литературной жизни. Взяли у меня довольно бессмысленное интервью (правда ли, что в России люди питают особый интерес к литературе? может ли сегодня поэт прожить поэтическим трудом? и т.п.). Отвечал им на английском, сбиваясь и забывая слова; впрочем, надо полагать, поверх все равно пустят немецкий перевод. Сюжет имел смешную предысторию: о съемке немецкая дама договаривалась по мылу из Германии, предлагая согласовывать подробности с организующей их московский визит Татьяной Набатниковой, я же ей отвечал, что ничего с Татьяной Набатниковой согласовывать не буду, потому что не желаю иметь дело ни с какими официальными лицами премии "Национальный бестселлер", присужденной писателю-фашисту Проханову. Немецкая дама, понятно, о Проханове ничего не слышала, так что объяснять ей подробности мне пришлось по ходу того же интервью, с Набатниковой, маячащей на заднем плане. И что характерно: первое же, что спросила немецкая дама, – "но ведь премия "Национальный бестселлер" дается книгам, которые лучше всего продаются, какие же могут быть претензии к жюри?" Т.е. расчет господина Топорова оказался верен: западные наивные люди так это и понимают, что бестселлер – это бестселлер, а не национальный (советский) бестселлер, назначенный решением ответственных товарищей.
Выставка открыта до 4 октября, кроме понедельника. Обещают, что сайт все-таки можно будет смотреть из зала, а по видео будет демонстрироваться запись чтений на открытии.
