![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzminПоэтесса-попадья Олеся Николаева внезапно делится с фейсбуком своей нечаянной православной радостью: Что я узнала: журнал "Воздух" финансируется из государственного кармана. То есть все вопли Кузьмина о том, чтобы никто из поэтов ни под каким видом не ездил в Крым на Волошинский фестиваль поэзии в прошлом году, поскольку это оплачивается "Путиным", на самом деле - гнусная провокация. Он ведь еще и угрожал - де, те, кто не присоединятся к бойкоту, больше никогда не будут печататься в "Воздухе", издавать у него свои книжки и ездить на книжные ярмарки, словно это все - его частная лавочка. Многие молодые поэты действительно испугались! "Это ж на деньги Путина - весь этот праздник поэзии в Крыму! Нам Кузьмин запретил!". А он, как оказалось, сам и пристроился к этой кормушке. Вон какой откормленный!
Это поистине прекрасная история. Прежде всего, конечно, она о том, что поэтесса-попадья (как мы уже отмечали), будучи как по генезису своему от партийного поэта-трибуна 1970-х гг. Николаева, так и по вменённому ей её верованиями подобию мужу своему, РПЦшному чиновнику Вигилянскому, дамой определённого поведения, готова брать из любой руки — и пребывает в святой православной уверенности в том, что решительно все на свете действуют таким же образом. Но это ещё и история о том, в какие риторические формы будет отливаться впредь ненависть фашизоидной литературной швали ко всему живому: в формы наглой брехни, на которую её благословил Первый канал. В самом деле, если хохлы мальчика распяли, так чего уж теперь стесняться? Собственно, генеральный девиз этой поведенческой модели сформулировал Иван Ахметьев много лет назад:
вы понимаете
у нас тут такая
накопилась грязь
так что мы решили
и вас испачкать
В комментариях, между тем, Дарья Суховей загадочным образом связывает подозрения Николаевой с тем фактом, что вверенный мне журнал продавался на стенде Государственного литературного музея. Особой логики я в этой увязке не усматриваю, но, в самом деле, нахожу неуместным продажу моего издания, на страницах которого публикуется, среди прочего, гражданская поэзия русских и украинских авторов Украины, в стенах вотчины иудушки Дмитрия Бака, который, как известно, ради светлой памяти Василя Стуса всемерно поддерживает украинский курс российской власти. И ежели сам я на территорию г-на Бака впредь не намерен ступать ни ногой, то и изданиям моим в его казённом борделе делать нечего.
Это поистине прекрасная история. Прежде всего, конечно, она о том, что поэтесса-попадья (как мы уже отмечали), будучи как по генезису своему от партийного поэта-трибуна 1970-х гг. Николаева, так и по вменённому ей её верованиями подобию мужу своему, РПЦшному чиновнику Вигилянскому, дамой определённого поведения, готова брать из любой руки — и пребывает в святой православной уверенности в том, что решительно все на свете действуют таким же образом. Но это ещё и история о том, в какие риторические формы будет отливаться впредь ненависть фашизоидной литературной швали ко всему живому: в формы наглой брехни, на которую её благословил Первый канал. В самом деле, если хохлы мальчика распяли, так чего уж теперь стесняться? Собственно, генеральный девиз этой поведенческой модели сформулировал Иван Ахметьев много лет назад:
вы понимаете
у нас тут такая
накопилась грязь
так что мы решили
и вас испачкать
В комментариях, между тем, Дарья Суховей загадочным образом связывает подозрения Николаевой с тем фактом, что вверенный мне журнал продавался на стенде Государственного литературного музея. Особой логики я в этой увязке не усматриваю, но, в самом деле, нахожу неуместным продажу моего издания, на страницах которого публикуется, среди прочего, гражданская поэзия русских и украинских авторов Украины, в стенах вотчины иудушки Дмитрия Бака, который, как известно, ради светлой памяти Василя Стуса всемерно поддерживает украинский курс российской власти. И ежели сам я на территорию г-на Бака впредь не намерен ступать ни ногой, то и изданиям моим в его казённом борделе делать нечего.
