![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzminШостаковская (![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
_marcia) была скромна, читала мало, без конца ссылалась на отсутствие новых текстов и на то, что всё уже было читано здесь же (при том, что я две трети текстов явно слышал впервые). В руках держала страхолюдного вида папку, из которой торчало неограниченное количество разнокалиберных мятых и рваных листов бумаги.
Витя Иванив читал куски из "Города Винограда", который в таком отрывочном виде заметно проигрывает (нагромождение подробностей собственного детства дает в этом тексте кумулятивный эффект, особенно когда становится понятно, что какая-то часть этих подробностей мистифицирована – и в смысле мистификации, и в смысле мистики: судорожные попытки субъекта собрать себя из мелких дребезгов собственной памяти, ткань которой расползается под руками). Сверх того, мемуар о предыдущей, годичной давности, поездке в Москву – довольно, надо сказать, точный (чтобы понять, отчего путь литератора Иванива к Д. был столь тернист, надо иметь в виду, что автобус, на котором ему так и не удалось добраться до места, после конечной остановки продолжает двигаться вперед по кольцу вокруг микрорайона, возвращаясь затем на место старта, – этот-то путь литератор Иванив дважды и проделал).
Познакомился de visu cddanilov. Был потрясен его циклопическими размерами. Все-таки по части внешнего эффекта круг "Осумасшедшевших безумцев" даст всем прочим литературным тусовкам сто очков вперед. Впрочем, Всеволод Емелин и тут лишний (потому что Карфаген должен быть разрушен).
_marcia) была скромна, читала мало, без конца ссылалась на отсутствие новых текстов и на то, что всё уже было читано здесь же (при том, что я две трети текстов явно слышал впервые). В руках держала страхолюдного вида папку, из которой торчало неограниченное количество разнокалиберных мятых и рваных листов бумаги.Витя Иванив читал куски из "Города Винограда", который в таком отрывочном виде заметно проигрывает (нагромождение подробностей собственного детства дает в этом тексте кумулятивный эффект, особенно когда становится понятно, что какая-то часть этих подробностей мистифицирована – и в смысле мистификации, и в смысле мистики: судорожные попытки субъекта собрать себя из мелких дребезгов собственной памяти, ткань которой расползается под руками). Сверх того, мемуар о предыдущей, годичной давности, поездке в Москву – довольно, надо сказать, точный (чтобы понять, отчего путь литератора Иванива к Д. был столь тернист, надо иметь в виду, что автобус, на котором ему так и не удалось добраться до места, после конечной остановки продолжает двигаться вперед по кольцу вокруг микрорайона, возвращаясь затем на место старта, – этот-то путь литератор Иванив дважды и проделал).
Познакомился de visu c
ddanilov. Был потрясен его циклопическими размерами. Все-таки по части внешнего эффекта круг "Осумасшедшевших безумцев" даст всем прочим литературным тусовкам сто очков вперед. Впрочем, Всеволод Емелин и тут лишний (потому что Карфаген должен быть разрушен).
