![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzminИзбранные стихи в хронологическом порядке, второе отделение – конспект проекта "Лучшие стихи Рунета": по одному тексту двух десятков авторов.
Нельзя не согласиться с прозвучавшим в кулуарах: самое сильное впечатление производит контраст между тем, что было, и тем, что получилось (разницы-то всего-ничего – года три, наверно). И это при том, что, конечно, определенное единство поэтического "я" удержано – начиная с недвусмысленного преобладания на всем протяжении программы любовной лирики (что может показаться тривиальным в ракурсе "о чем еще писать 20-летним девушкам", но мы-то знаем, что в профессионально состоятельной поэзии это совсем не тривиально, а, напротив, граничит с экзотикой; здесь, правда, возможен поколенческий момент: сегодняшние 20-летние потому могут себе позволить любовную лирику, что слабо привязаны к традиции любовной лирики в русской поэзии XX и аж XIX веков). Ранние тексты, однако, жестче расписаны по ролям, их гендерная заостренность однозначней – вплоть до систематического перехода к говорению в мужском роде. Более новые пластичней, мужское и женское в них в большей степени проблематизированы. Точно так же идет формальная эволюция: от фиксированного использования определенных приемов к проблематизации приема; самый примитивный пример – устройство рифмы, от ранних попыток уйти от тривиальной точности до нынешней произвольности, то бишь свободы (я как-то раз студентам объяснял современный подход к рифмовке на примере четверостишия:
как только my baby away my baby away away from me
стоя у края платформы рябит в глазах защитная форма
мальчики, топающие как слонята по минному полю Бирмы
возвращайся чёрт возьми, или не уходи от меня
– желающие могут сами подсчитать, сколько видов рифмы использовано).
Во втором разделе злые языки сразу отметили мизерную долю авторов мужеского пола: кажется, двое из двух десятков. Надо сказать, однако, что это, по-видимому, не от внелитературных мотиваций идет, а от какой-то новой реальности: десять-пятнадцать лет назад в круге наиболее ярких 20-летних девушек было значительно меньше. Интерпретаций у меня на этот счет пока никаких.
Нельзя не согласиться с прозвучавшим в кулуарах: самое сильное впечатление производит контраст между тем, что было, и тем, что получилось (разницы-то всего-ничего – года три, наверно). И это при том, что, конечно, определенное единство поэтического "я" удержано – начиная с недвусмысленного преобладания на всем протяжении программы любовной лирики (что может показаться тривиальным в ракурсе "о чем еще писать 20-летним девушкам", но мы-то знаем, что в профессионально состоятельной поэзии это совсем не тривиально, а, напротив, граничит с экзотикой; здесь, правда, возможен поколенческий момент: сегодняшние 20-летние потому могут себе позволить любовную лирику, что слабо привязаны к традиции любовной лирики в русской поэзии XX и аж XIX веков). Ранние тексты, однако, жестче расписаны по ролям, их гендерная заостренность однозначней – вплоть до систематического перехода к говорению в мужском роде. Более новые пластичней, мужское и женское в них в большей степени проблематизированы. Точно так же идет формальная эволюция: от фиксированного использования определенных приемов к проблематизации приема; самый примитивный пример – устройство рифмы, от ранних попыток уйти от тривиальной точности до нынешней произвольности, то бишь свободы (я как-то раз студентам объяснял современный подход к рифмовке на примере четверостишия:
как только my baby away my baby away away from me
стоя у края платформы рябит в глазах защитная форма
мальчики, топающие как слонята по минному полю Бирмы
возвращайся чёрт возьми, или не уходи от меня
– желающие могут сами подсчитать, сколько видов рифмы использовано).
Во втором разделе злые языки сразу отметили мизерную долю авторов мужеского пола: кажется, двое из двух десятков. Надо сказать, однако, что это, по-видимому, не от внелитературных мотиваций идет, а от какой-то новой реальности: десять-пятнадцать лет назад в круге наиболее ярких 20-летних девушек было значительно меньше. Интерпретаций у меня на этот счет пока никаких.
