![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzmin20 марта, Клуб "Б-2"
В ЭТОМ ГОРОДЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ КТО-ТО ЕЩЕ
Закрытие Союза молодых литераторов "Вавилон": Передача эстафеты
Сперва стало ясно, что отдельную акцию по закрытию «вавилонского» проекта (первоначально намеченную на февраль, ровно на 15-ю годовщину) нам проводить лень и некогда, а значит – этот сюжет будет вписан в традиционный уже фестиваль ко Дню поэзии по календарю ЮНЕСКО. Потом появилось понимание, что концептуальная рамка акции – передача эстафеты (она же – в-гроб-сходя-благословение) следующему поколению, поколению сегодняшних 20-летних. Отсюда естественным образом возникает Ксения Маренникова в качестве второго куратора – и выдвигает два тезиса: 1) нужно придать акции небанальную, сценически эффектную форму (из этого почти сразу рождается идея попарного чтения «старших» и «младших»); 2) всё должно происходить не на традиционной литературной площадке, а в пространстве, обладающем собственной аттрактивностью для целевой аудитории – продвинутой молодежи, которая современную поэзию не слишком знает, но не прочь узнать (из этого довольно быстро возникает культовый музыкальный клуб «Б-2», в котором на той же сцене сразу после поэтической программы должен выступать «Сплин»). Ближе к делу мы с Ксенией приходим в тихий ужас от собственной наглости, совершенно не понимаем, как это мы забьем публикой «Б-2» (где если меньше 200 человек, то выходит полнейшее сиротство), шарахаемся от дальнейшей эволюции в сторону шоу (а между тем журналисты первым делом спрашивают: какой предмет будет выполнять роль эстафетной палочки?) и мучительно подбираем пары.
Занятие это довольно бестолковое, потому что многие ключевые фигуры «Вавилона» даже сравнительно далеких соответствий в младшем поколении не имеют. Можно даже выразиться сильнее: мало-мальские персональные соответствия между сегодняшними 30- и 20-летними – редкость. Практически идеальное совпадение Андрея Сен-Сенькова с Ильей Кригером (при абсолютной независимости второго от первого: чистая конвергенция) – то исключение, которое только подтверждает правило. При том, что отдельные существенные элементы поэтики оказываются общими для многих, если не для большинства авторов, так что при взгляде на картину в целом ощущение живого диалога (причем возникающего на ходу, с колес) вполне явственно.
В итоге получилось вот что:
Станислав Львовский![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
sanin – Татьяна Мосеева terless
Николай Звягинцев – Марианна Гейдеmariannah (Переславль-Залесский)
Дмитрий Воденников – Юлия Идлисarienril
Дарья Суховейd_su (Санкт-Петербург) – Наталья Ключарева (Ярославль)
Константин Рубахин – Виктория Головинская (Самара–Москва)
Данила Давыдов – Ната Сучковаbelaya
Андрей Сен-Сеньков – Илья Кригерilya_krieger
Александр Анашевич (Воронеж) – Ксения Маренниковаtestimony
Мария Степанова – Михаил Котовlaovai
Мара Маланова – Евгения Рицrits (Нижний Новгород)
Марина Хагенgolda (Челябинск–Москва) – Дина Гатина engels (Энгельс)
Мария Бондаренко – Юлия Стениловскаяstenilovskaja (Мурманск)
Алексей Денисов – Анастасия Афанасьеваsgt_pepper (Харьков)
Евгения Лавут – Петр Попов
Линор Гораликsnorapp – Света Сдвиг sdvig (Самара)
В нескольких случаях «старшие» авторы (Львовский, Лавут, Воденников) не поленились выбрать себе «преемников». Остальным мы, понятное дело, таковых назначили – имея в виду перекличку по тому или иному параметру. И, разумеется, в половине случаев промазали. Либо потому, что автор взял да и выбрал для чтения не то, что мы подразумевали, либо потому, что сценическое представление расставляло иные акценты, либо по той и другой причине вместе. Скажем, к Маше Степановой не приближается из «младших» практически никто – и мы поставили Михаила Котова, поскольку только у него, как и у Степановой, возникает системная работа с деформацией слова, семантически нагруженный фонетический сдвиг. Ан не тут-то было: Маша стала читать не из "Близнецов", а из построенного на совсем других ходах "Счастья", в то время как поэт Котов, коего мы все видели и слышали впервые в жизни, выдал такую волну экспрессии, с которой рафинированная манера Степановой расходилась до полного контраста.
В сухом остатке: две принципиальные ошибки акции – несколько неверных пар и их избыточное количество. То и другое, по-видимому, было неизбежно. Альтернативы: либо заранее уславливаться, кто из авторов что именно будет читать (при вольнолюбивом внутреннем устройстве большинства участников конвенции – явная утопия), либо ограничиться вполовину меньшим числом участников (тогда оставшиеся "старшие" переехали бы на второй день программы, а оставшиеся "младшие", ввиду особенностей второго дня, остались бы за бортом фестиваля, что было бы обидно, – и так двум-трем симпатичным персонажам не хватило места). Еще один, не столь существенный минус, – инерция, заданная первой парой:sanin и terless заранее простроили композицию и читали "антифоном", в очередь по одному тексту, чем ввели в соблазн большинство следующих пар, пытавшихся делать то же самое экспромтом (и вряд ли это было правильно). Ну, и благополучно запоротое лично мною вступительное слово. Позитив: впервые или почти впервые в осмысленном контексте – по меньшей мере шестеро "младших", и пресловутое гипотетическое новое поколение в первый раз представлено в таком определенном, внятном виде, "товар лицом" (до этого были разве что вечера премии "Дебют", где многих из этого состава не хватало, а кое-кто непременно оказывался лишний). Плюс – полный зал, человек 300 как минимум. Книжек проданных баксов на 200 (при том, что всё, кроме совсем уж библиографических редкостей, шло более или менее за гроши).
Отдельные подробности: свой стиль выдержал, как положено, Воденников, который вышел на сцену один, запретив Юле Идлис следовать за ним фразой "Привыкайте стоять на сцене в одиночку", – в остальном, впрочем, был любезен, сказал, что горд своей принадлежностью к этому поколению, грациозно подал руку Юле, приглашая ее подняться на сцену после своего выступления. Юля не растерялась и сказала, выйдя к микрофону: "Я буду читать, а вы представьте себе, что у второго микрофона стоит Дмитрий Воденников". Анашевич прочитал, среди прочего, свою каноническую "Собаку Павлова" под названием "Смерть Вавилона". Денисов с новыми стихами после чуть ли не двухлетнего перерыва (и отсутствия в Москве). Несколько неожиданных лиц среди публики (забежавший на полчаса Баян Ширянов, Кирилл Решетников aka Шиш Брянский в роли корреспондента "Газеты", оказавшийся в Москве – я не знал – Вадим Месяц, с перекошенными физиономиями явившаяся в логово врага делегация "Стихов.Ру" во главе с поэтом Коровиным, разместившим на оном прекрасном сайте информацию об акции с припиской в том смысле, что "Вавилон" закрывается ровно для того, чтоб уступить "Стихам.Ру" дорогу). Неизвестно зачем объявленный нами блиц-конкурс среди неизвестной молодежи – в ходе вечера подавались стихи, одна рукопись оказалась относительно занятная, но автора, по имени Михаил Франк, я уже встречал прошлым летом на детском празднике сетевой поэзии в пансионате "Липки". Официально поднесенный мне в подарок Львовским черный карликовый кролик.
В ЭТОМ ГОРОДЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ КТО-ТО ЕЩЕ
Закрытие Союза молодых литераторов "Вавилон": Передача эстафеты
Сперва стало ясно, что отдельную акцию по закрытию «вавилонского» проекта (первоначально намеченную на февраль, ровно на 15-ю годовщину) нам проводить лень и некогда, а значит – этот сюжет будет вписан в традиционный уже фестиваль ко Дню поэзии по календарю ЮНЕСКО. Потом появилось понимание, что концептуальная рамка акции – передача эстафеты (она же – в-гроб-сходя-благословение) следующему поколению, поколению сегодняшних 20-летних. Отсюда естественным образом возникает Ксения Маренникова в качестве второго куратора – и выдвигает два тезиса: 1) нужно придать акции небанальную, сценически эффектную форму (из этого почти сразу рождается идея попарного чтения «старших» и «младших»); 2) всё должно происходить не на традиционной литературной площадке, а в пространстве, обладающем собственной аттрактивностью для целевой аудитории – продвинутой молодежи, которая современную поэзию не слишком знает, но не прочь узнать (из этого довольно быстро возникает культовый музыкальный клуб «Б-2», в котором на той же сцене сразу после поэтической программы должен выступать «Сплин»). Ближе к делу мы с Ксенией приходим в тихий ужас от собственной наглости, совершенно не понимаем, как это мы забьем публикой «Б-2» (где если меньше 200 человек, то выходит полнейшее сиротство), шарахаемся от дальнейшей эволюции в сторону шоу (а между тем журналисты первым делом спрашивают: какой предмет будет выполнять роль эстафетной палочки?) и мучительно подбираем пары.
Занятие это довольно бестолковое, потому что многие ключевые фигуры «Вавилона» даже сравнительно далеких соответствий в младшем поколении не имеют. Можно даже выразиться сильнее: мало-мальские персональные соответствия между сегодняшними 30- и 20-летними – редкость. Практически идеальное совпадение Андрея Сен-Сенькова с Ильей Кригером (при абсолютной независимости второго от первого: чистая конвергенция) – то исключение, которое только подтверждает правило. При том, что отдельные существенные элементы поэтики оказываются общими для многих, если не для большинства авторов, так что при взгляде на картину в целом ощущение живого диалога (причем возникающего на ходу, с колес) вполне явственно.
В итоге получилось вот что:
Станислав Львовский
sanin – Татьяна Мосеева terlessНиколай Звягинцев – Марианна Гейде
mariannah (Переславль-Залесский)Дмитрий Воденников – Юлия Идлис
arienrilДарья Суховей
d_su (Санкт-Петербург) – Наталья Ключарева (Ярославль)Константин Рубахин – Виктория Головинская (Самара–Москва)
Данила Давыдов – Ната Сучкова
belayaАндрей Сен-Сеньков – Илья Кригер
ilya_kriegerАлександр Анашевич (Воронеж) – Ксения Маренникова
testimonyМария Степанова – Михаил Котов
laovaiМара Маланова – Евгения Риц
rits (Нижний Новгород)Марина Хаген
golda (Челябинск–Москва) – Дина Гатина engels (Энгельс)Мария Бондаренко – Юлия Стениловская
stenilovskaja (Мурманск)Алексей Денисов – Анастасия Афанасьева
sgt_pepper (Харьков)Евгения Лавут – Петр Попов
Линор Горалик
snorapp – Света Сдвиг sdvig (Самара)В нескольких случаях «старшие» авторы (Львовский, Лавут, Воденников) не поленились выбрать себе «преемников». Остальным мы, понятное дело, таковых назначили – имея в виду перекличку по тому или иному параметру. И, разумеется, в половине случаев промазали. Либо потому, что автор взял да и выбрал для чтения не то, что мы подразумевали, либо потому, что сценическое представление расставляло иные акценты, либо по той и другой причине вместе. Скажем, к Маше Степановой не приближается из «младших» практически никто – и мы поставили Михаила Котова, поскольку только у него, как и у Степановой, возникает системная работа с деформацией слова, семантически нагруженный фонетический сдвиг. Ан не тут-то было: Маша стала читать не из "Близнецов", а из построенного на совсем других ходах "Счастья", в то время как поэт Котов, коего мы все видели и слышали впервые в жизни, выдал такую волну экспрессии, с которой рафинированная манера Степановой расходилась до полного контраста.
В сухом остатке: две принципиальные ошибки акции – несколько неверных пар и их избыточное количество. То и другое, по-видимому, было неизбежно. Альтернативы: либо заранее уславливаться, кто из авторов что именно будет читать (при вольнолюбивом внутреннем устройстве большинства участников конвенции – явная утопия), либо ограничиться вполовину меньшим числом участников (тогда оставшиеся "старшие" переехали бы на второй день программы, а оставшиеся "младшие", ввиду особенностей второго дня, остались бы за бортом фестиваля, что было бы обидно, – и так двум-трем симпатичным персонажам не хватило места). Еще один, не столь существенный минус, – инерция, заданная первой парой:
sanin и terless заранее простроили композицию и читали "антифоном", в очередь по одному тексту, чем ввели в соблазн большинство следующих пар, пытавшихся делать то же самое экспромтом (и вряд ли это было правильно). Ну, и благополучно запоротое лично мною вступительное слово. Позитив: впервые или почти впервые в осмысленном контексте – по меньшей мере шестеро "младших", и пресловутое гипотетическое новое поколение в первый раз представлено в таком определенном, внятном виде, "товар лицом" (до этого были разве что вечера премии "Дебют", где многих из этого состава не хватало, а кое-кто непременно оказывался лишний). Плюс – полный зал, человек 300 как минимум. Книжек проданных баксов на 200 (при том, что всё, кроме совсем уж библиографических редкостей, шло более или менее за гроши).Отдельные подробности: свой стиль выдержал, как положено, Воденников, который вышел на сцену один, запретив Юле Идлис следовать за ним фразой "Привыкайте стоять на сцене в одиночку", – в остальном, впрочем, был любезен, сказал, что горд своей принадлежностью к этому поколению, грациозно подал руку Юле, приглашая ее подняться на сцену после своего выступления. Юля не растерялась и сказала, выйдя к микрофону: "Я буду читать, а вы представьте себе, что у второго микрофона стоит Дмитрий Воденников". Анашевич прочитал, среди прочего, свою каноническую "Собаку Павлова" под названием "Смерть Вавилона". Денисов с новыми стихами после чуть ли не двухлетнего перерыва (и отсутствия в Москве). Несколько неожиданных лиц среди публики (забежавший на полчаса Баян Ширянов, Кирилл Решетников aka Шиш Брянский в роли корреспондента "Газеты", оказавшийся в Москве – я не знал – Вадим Месяц, с перекошенными физиономиями явившаяся в логово врага делегация "Стихов.Ру" во главе с поэтом Коровиным, разместившим на оном прекрасном сайте информацию об акции с припиской в том смысле, что "Вавилон" закрывается ровно для того, чтоб уступить "Стихам.Ру" дорогу). Неизвестно зачем объявленный нами блиц-конкурс среди неизвестной молодежи – в ходе вечера подавались стихи, одна рукопись оказалась относительно занятная, но автора, по имени Михаил Франк, я уже встречал прошлым летом на детском празднике сетевой поэзии в пансионате "Липки". Официально поднесенный мне в подарок Львовским черный карликовый кролик.
