В осмысленном возрасте (школьные забавы не в счет) я всегда старался воздерживаться от прикладного стихосложения. Но несколько раз уклониться было невозможно: положение обязывало. Так случилось, в частности, зимой 1995 года на свадьбе Олега Пащенко
cmart и Яны Вишневской. Наша компания решительно не могла изобрести никакого толкового подарка, и некий предмет был наконец приобретен буквально за час до церемонии; оправданность его преподнесения вызывала сомнения, и мне было велено присочинить к предмету легитимизирующий его текст. Каковой и был измыслен за время поездки в метро — в виде шарады:
Мой первый член — таинственный симвОл:
На грани мертвой и живой природы
Он к миру глухоты являет образец;
Мой член второй — страна, где произвол
И расовая рознь царили дОлги годы,
Но свинству этому теперь настал конец;
А целое моё — воздушно, непорочно,
Стократ прелестней то, сокрыто что под ним,
И алый цвет его повергнет в час полночный
Супруга юного к ногам твоим.
(Листок с этим сочинением выпал из фотоальбома при сканировании вот этой фотографии.)
Мой первый член — таинственный симвОл:
На грани мертвой и живой природы
Он к миру глухоты являет образец;
Мой член второй — страна, где произвол
И расовая рознь царили дОлги годы,
Но свинству этому теперь настал конец;
А целое моё — воздушно, непорочно,
Стократ прелестней то, сокрыто что под ним,
И алый цвет его повергнет в час полночный
Супруга юного к ногам твоим.
(Листок с этим сочинением выпал из фотоальбома при сканировании вот этой фотографии.)