Джи Лионг Ко
Sep. 6th, 2016 02:02 pmВСЯ ИСТОРИЯ
Наутро их нашли обоих мертвыми.
От холода. От голода. От яда всей истории.
Ивен Боланд. «Карантин», из цикла «Замужество»
Пол теперь холодный, зима всё ближе.
Надену белые носки
и опущусь перед чёрным провалом окна,
а в мыслях: наше расставанье подходит к концу.
Наша история больше двух лет была нам,
как рубашка, впору.
Тебе и прежде нравилась возня с утюгом.
У меня всегда был кто-то, кто гладил одежду.
Но мы движемся дальше в прошлое, к подпольным
встречам в парке,
многозначительным взглядам, надписям на стене душа,
средствам остаться тёплым и белым до конца зимы.
А вчера один молодой знакомый сказал: нельзя же,
чтобы дети видели
однополую свадьбу. И холод прошиб меня.
Ярость выплеснулась, как кровь на рубашку.
Я не смог отстирать её. А ты теперь уже не хотел.
В чулане, в шкафу,
памятью о любви и о ярости, она застыла
на плечиках, на тонкой проволоке стальной.
Перевод с английского
Оригинал
Наутро их нашли обоих мертвыми.
От холода. От голода. От яда всей истории.
Ивен Боланд. «Карантин», из цикла «Замужество»
Пол теперь холодный, зима всё ближе.
Надену белые носки
и опущусь перед чёрным провалом окна,
а в мыслях: наше расставанье подходит к концу.
Наша история больше двух лет была нам,
как рубашка, впору.
Тебе и прежде нравилась возня с утюгом.
У меня всегда был кто-то, кто гладил одежду.
Но мы движемся дальше в прошлое, к подпольным
встречам в парке,
многозначительным взглядам, надписям на стене душа,
средствам остаться тёплым и белым до конца зимы.
А вчера один молодой знакомый сказал: нельзя же,
чтобы дети видели
однополую свадьбу. И холод прошиб меня.
Ярость выплеснулась, как кровь на рубашку.
Я не смог отстирать её. А ты теперь уже не хотел.
В чулане, в шкафу,
памятью о любви и о ярости, она застыла
на плечиках, на тонкой проволоке стальной.
Перевод с английского
Оригинал