![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dkuzminВ рамках изобретенного Ольгой Ивановой цикла "Ретроспектива: Поэтические сообщества последней четверти века". Я долго и отчаянно отпирался от участия в этом цикле, объясняя, что "Вавилон" – не сообщество (т.е. устойчивый состав чем-то объединенных авторов), а проект (привлекающий сколь угодно широкий круг авторов, отвечающих определенным требованиям, для участия в том или ином альманахе, фестивале, сайте и т.д.), и хотя, разумеется, существует круг авторов, готовых идентифицироваться с этим названием, но этими авторами дело отнюдь не исчерпывается. Но тут как раз приспел альманах, все равно нужны были несколько презентаций, и так все удачно совпало. Правда, ретроспектива получилась весьма условная – за отсутствием многих ветеранов движения.
Из тех "вавилонян" par excellence были Николай Звягинцев (в кои веки не ограничившийся двумя текстами и прочитавший, в частности, все три текста с посвящением станции метро "Маяковская" – из коих третий попал под достаточно занятный разбор в 62-м выпуске "Нового литературного обозрения") и Андрей Сен-Сеньков, который, конечно, со слуха всегда проигрывает (не потому даже, что не бог весть какой мастер декламации, а скорее в силу того, что тексты одновременно ажурно-тонкие и сверхнагруженные аллюзиями и ассоциациями, на них нужно задерживать внимание, и за произнесением внимание слушателя не успевает). Дальше – Евгения Лавут, Полина Андрукович (в последнее время окончательно, кажется, превратившаяся во французского поэта, пишущего на русском языке), Константин Рубахин, Яна Токарева![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
tuu_tikki, Мара Маланова. Блок авторов, связываемых со смутной идеей следующего, "поствавилонского" поколения: Ната Сучкова belaya, Петр Попов, Елена Пикунова, Дмитрий Иванов dimterr, Юлия Идлис arienril, Александра Грубиянова barberry. При том, что Ната, конечно, не вполне сюда вписывается формально-биографически, – но уж больно близко по стилистике (и потом, есть соблазн вычесть вологодский период как доисторический – и тогда время дебюта совпадает). И в финале Линор Горалик snorapp в качестве бонус-трека – с новыми "Сказками для неврастеников".
Поэтесса Грубиянова прекрасна – в таких полосатых типа шерстяных типа гольфах поверх черных чулок, с физиономией, не усматриваемой из-за длинных прямых черных волос. Петр Попов, натурально, и есть старший сын Леонида Костюкова, неожиданно рыжий (чего я не помнил, поскольку давно к Лёне не заходил – а в былые времена Петя, кажется, был стрижен совсем коротко, до неразличимости цвета). Вдвоем они смотрелись трогательно просто до слёз – но в чтении мальчику бы добавить напора (можно – забрав чуточку у девочки). Юле Идлис нужно остерегаться сближения в поэтике с Линор: эмоциональный тонус там совсем другой, но уж больно похожи некоторые формальные приемы (прежде всего – неурегулированная рифма, повторяющаяся на произвольном расстоянии произвольное количество раз, – у Линор это атрибут рифмованной прозы, Юля, кажется, тоже записывает такие тексты в подбор).
Еще несколько авторов потерялись по дороге и не пришли, двоим или троим, как выяснилось, забыли сообщить, Юлия Тишковская честно сидела в зале и так и не догадалась намекнуть о своем присутствии. Но самый крупный конфуз остается целиком на моей совести: весь вечер я смотрел на невыразимой прелести черненького мальчика недалеко от входа – и только когда по окончании вечера мальчик подошел, открыл рот и сказал первое слово нежным альтом, я понял, что это состригшая буйные кудри поэтесса Саша Сикирина, которую долго разыскивали, чтобы пригласить для выступления...
СЕГОДНЯ, в 19.00, в "Авторнике" третья и последняя презентация – вечер "вавилонской" прозы.
Из тех "вавилонян" par excellence были Николай Звягинцев (в кои веки не ограничившийся двумя текстами и прочитавший, в частности, все три текста с посвящением станции метро "Маяковская" – из коих третий попал под достаточно занятный разбор в 62-м выпуске "Нового литературного обозрения") и Андрей Сен-Сеньков, который, конечно, со слуха всегда проигрывает (не потому даже, что не бог весть какой мастер декламации, а скорее в силу того, что тексты одновременно ажурно-тонкие и сверхнагруженные аллюзиями и ассоциациями, на них нужно задерживать внимание, и за произнесением внимание слушателя не успевает). Дальше – Евгения Лавут, Полина Андрукович (в последнее время окончательно, кажется, превратившаяся во французского поэта, пишущего на русском языке), Константин Рубахин, Яна Токарева
tuu_tikki, Мара Маланова. Блок авторов, связываемых со смутной идеей следующего, "поствавилонского" поколения: Ната Сучкова belaya, Петр Попов, Елена Пикунова, Дмитрий Иванов dimterr, Юлия Идлис arienril, Александра Грубиянова barberry. При том, что Ната, конечно, не вполне сюда вписывается формально-биографически, – но уж больно близко по стилистике (и потом, есть соблазн вычесть вологодский период как доисторический – и тогда время дебюта совпадает). И в финале Линор Горалик snorapp в качестве бонус-трека – с новыми "Сказками для неврастеников".Поэтесса Грубиянова прекрасна – в таких полосатых типа шерстяных типа гольфах поверх черных чулок, с физиономией, не усматриваемой из-за длинных прямых черных волос. Петр Попов, натурально, и есть старший сын Леонида Костюкова, неожиданно рыжий (чего я не помнил, поскольку давно к Лёне не заходил – а в былые времена Петя, кажется, был стрижен совсем коротко, до неразличимости цвета). Вдвоем они смотрелись трогательно просто до слёз – но в чтении мальчику бы добавить напора (можно – забрав чуточку у девочки). Юле Идлис нужно остерегаться сближения в поэтике с Линор: эмоциональный тонус там совсем другой, но уж больно похожи некоторые формальные приемы (прежде всего – неурегулированная рифма, повторяющаяся на произвольном расстоянии произвольное количество раз, – у Линор это атрибут рифмованной прозы, Юля, кажется, тоже записывает такие тексты в подбор).
Еще несколько авторов потерялись по дороге и не пришли, двоим или троим, как выяснилось, забыли сообщить, Юлия Тишковская честно сидела в зале и так и не догадалась намекнуть о своем присутствии. Но самый крупный конфуз остается целиком на моей совести: весь вечер я смотрел на невыразимой прелести черненького мальчика недалеко от входа – и только когда по окончании вечера мальчик подошел, открыл рот и сказал первое слово нежным альтом, я понял, что это состригшая буйные кудри поэтесса Саша Сикирина, которую долго разыскивали, чтобы пригласить для выступления...
СЕГОДНЯ, в 19.00, в "Авторнике" третья и последняя презентация – вечер "вавилонской" прозы.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Re: Противоречие
Date: 2003-11-16 02:30 pm (UTC)Re: Противоречие
Date: 2003-11-16 05:48 pm (UTC)Re: Противоречие
Date: 2003-11-17 02:05 pm (UTC)Уровень выше? Может быть. Тоже вопрос интересный. Сейчас ведь нередки высказывания деятелей культуры о том,что Москва "заигралась" в свои игрушки
Хотя я о другом вообще: о том, что сам факт похожести поэтов -грустный. Разве нет?
Re: Противоречие
Date: 2003-11-17 03:13 pm (UTC)Что до претензий к заигравшейся Москве - да, слыхал. Из уст убогих советских литработников, не желающих смириться с тем, что милая их сердцу серятина больше не в почете.
Re: Противоречие
Date: 2003-11-18 02:35 pm (UTC)А их уст кого вы слышали (если не секрет)?
Я - из уст Татьяны Маштаковой, директора кинофестиваля "Новое кино России".
Re: Противоречие
Date: 2003-11-18 04:17 pm (UTC)Про зажравшуюся Москву твердит любая провинция. И чем она (провинция) глуше и страшнее - тем сильнее она Москву ненавидит. Хорошо помню, как клял московских выпендрежников некто Борис Черных, издававший в Ярославле убогую газетку под прекрасным лесковским названием "Очарованный странник", как исходил слюной и пеной сумасшедший профессор Руделев, возглавляющий кафедру в Тамбовском университете и провозгласивший на этой кафедре, ни много ни мало, Тамбовскую лингвистическую школу (читал я и труды этой школы - чудовищный безграмотный вздор, в том примерно духе, что поскольку слово "зима" означает не предмет, а время года, то следует его считать не существительным, а наречием)... Имя им легион. Убожество жизни калечит души, а убожество провинциальное несравнимо с убожеством столичным.
В любой глуши водятся светлые личности. Подчас в достаточно периферийных городах возникают и подлинные таланты. Известно, что я всегда пытался их искать, - и московские критики-снобы после антологии "Нестоличная литература" с более чем 160 авторами ругали меня за то, что я насчитал в российской провинции слишком много поэтов, столько-де не бывает. Но раскрываются таланты, независимо от места их пребывания, лишь тогда, когда они ведут живой диалог с литературой обеих столиц, когда они, вопреки географии, отнюдь не провинциальны. И никому из подлинных звезд российской провинции, будь то Светлана Кекова или Александр Анашевич, Виталий Кальпиди или Игорь Жуков, в голову не придет ругать Москву.