Два пАрных вечера прошлой недели

[dkuzmin]

1. Авторник, 11.11. – Мария Порядина и Александра Сикирина. Две очаровательные девушки в разном стиле (одна – покрашенная в рыжий цвет и с двумя озорными хвостиками торчком вбок, другая – темненькая и совсем под мальчика, отчего и проистек анадысь прискорбный эпизод с обознатушками). Маша в середине 90-х мелькала в нескольких "вавилонских" проектах, единожды ее вполне наивные ранние стихи появились в альманахе, потом она как-то исчезла с горизонта и появилась вновь в экзотическом качестве критика детской литературы, в т.ч. в "Русском журнале", где я даже как-то на нее ругался. И вот вдруг оказалось, что она все это время продолжала писать стихи и даже только что выпустила вполне симпатичную книжку под названием "Линия отчуждения", в издательстве со смешным названием "Русаки" (наверное, специализирующемся на детской литературе). Что касается Саши, то она родом из одной из немногих в сегодняшней Москве толковых подростковых литстудий (под руководством Марины Осмоловской), в этом году вошла в лонг-лист "Дебюта" с примерно этими стихами, насколько я понимаю. Объединяет эти два прелестные созданья не столько достаточно традиционная версификация (что само по себе нехитро), сколько внимание к мелким предметам и душевным движениям, принципиальная камерность звучания в сочетании с эмоциональной сдержанностью; для полноты картины можно было бы еще добавить третьей Ингу Кузнецову.
Девушки выступили, были милы (каждая на свой лад), далее Фаина Ионтелевна Гримберг зачем-то навязала дискуссию о том, как и почему современные молодые поэтессы ухитряются так замыкаться на своих интимных переживаниях, в то время как вокруг происходят социальные катаклизмы, – из каковой замечательной темы едва-едва мы выбрались без жертв и разрушений.

2. Фаланстер, 14.11. – Дина Гатина и Андрей Родионов
Родионов выступал в черном котелке, что, в сочетании со шкиперской бородой, делало его сущим персонажем Конан Дойла. Не все тексты были ровные, но вот этот, например, совершенно прекрасен (и всезнающий Данила Давыдов тут же мне сообщил имена и фамилии подразумеваемых поэтесс). Дина Гатина engels читала и пела, была обычным образом восхитительна, но контекст все-таки был не ее: публика пришла в основном на Родионова, за отсутствием в "Фаланстере" (который, собственно, не более чем книжный магазин) свободного места стояла толпой и склонна была реагировать скорее на броское, чем на тонкое.
Оказалось, что "Фаланстер" окончательно вознамерился стать точкой литературной жизни: в последующие три дня в нем состоялись еще два вечера – сперва выступил некто "леворадикальный поэт Валентин Жопин", а затем случился "вечер молодежной недопоэзии". Ни то, ни другое выдающееся событие литературной жизни я не сподобился посетить, но зато вчера, заехав в "Фаланстер" по другому поводу, узнал, что его хозяева решили проводить литературные вечера раз в месяц, предоставляя слово всякому желающему, – ибо, как выразился один из хозяев, давеча читали такой чудовищный вздор, что хуже уже не будет. Я данного чудовищного вздора не слышал, но скажу: "Будет, Борис, будет!"