Доктор Арановский
вкрутил мне в челюсть анкерный штифт,
огромной теплой ладонью баскетболиста
удерживая мою голову, словно оранжевый мяч.
Больше всего огорчает,
сказал доктор,
высокая стираемость резцов.
Но и с ней можно справиться,
сказал доктор,
встречными коронками.
В одном журнале критики требуют
метафизического измерения поэзии,
в другом взыскуют верности
классическому наследию.
Мы с доктором Арановским
обойдемся малым: знать,
что часть меня меньшая
мой прах переживет и тленья убежит.
Даже со стираемостью
вроде бы можно справиться.
Ну ладно, ладно:
грядущий Гамлет
задумчиво смотрит в рот
черепу Йорика, оранжевому
в лучах заката.
вкрутил мне в челюсть анкерный штифт,
огромной теплой ладонью баскетболиста
удерживая мою голову, словно оранжевый мяч.
Больше всего огорчает,
сказал доктор,
высокая стираемость резцов.
Но и с ней можно справиться,
сказал доктор,
встречными коронками.
В одном журнале критики требуют
метафизического измерения поэзии,
в другом взыскуют верности
классическому наследию.
Мы с доктором Арановским
обойдемся малым: знать,
что часть меня меньшая
мой прах переживет и тленья убежит.
Даже со стираемостью
вроде бы можно справиться.
Ну ладно, ладно:
грядущий Гамлет
задумчиво смотрит в рот
черепу Йорика, оранжевому
в лучах заката.
a mne
Date: 2005-04-07 03:54 am (UTC)они драконовы как воинах кадима-
стихи 17 и 18 -вместе -они
мне нравятса