Мама была права

Десять лет назад мама начала вокруг меня осаду. Ей хотелось, чтобы я вступил в Союз писателей. Я решительно не понимал, на кой это надо, а мама не могла объяснить, все время сбиваясь в аргументации на соображения типа "так положено" и "ты уже взрослый". Способов порадовать маму в моем распоряжении было не слишком много, и я в конце концов сдался. Рекомендации мне написали Лев Адольфович Озеров, которому, насколько я понимаю, моя покойная бабушка показывала когда-то мои детские стихи, и Александр Щуплов, которому я тогда что-то пописывал в "Книжное обозрение". В Союзе писателей Москвы, как выяснилось, приемом документов ведала ныне покойная Алена Аршалуйсовна Аршаруни, приходившаяся одноклассницей моему отцу. Была она чрезвычайно милая и уютная дама, и уже при окончательной подаче бумажек я, тоном обреченности, спросил у нее: в чем, по ее мнению, смысл этой акции. Как же, сказала, вмиг посерьезнев, Алена Аршалуйсовна: вот вернется, допустим, советская власть, и начнут, как Бродского, сажать поэтов за тунеядство, а у Вас уже будет членский билет...

За десять лет я так и не уяснил себе, как можно применить в жизни членство в Союзе писателей, а вернувшаяся советская власть явно не интересуется поэтами (и уж если вознамерится их сажать – то членские билеты тех или иных организаций вряд ли ее остановят). И все-таки мама была права, и сегодня я в этом убедился, получив расчет квартплаты по новой квартире, оформленной на мое имя. Ибо в соответствии с декретом СНК от 1934 года членам Союза писателей полагаются лишние 20 квадратных метров, не рассматриваемые как излишки жилплощади. Отчего мой ежемесячный платеж уменьшается на 191 рубль.

Новое стихотворение Дмитрия Соколова

Некоторых присутствующих касается.