Биеннале поэтов: 27.09, Центр Мейерхольда, открытие

[dkuzmin]

Вступительное слово Евгения Бунимовича характерным образом самой поэзии почти не касалось: длительно перечислялись те, кто помогал и участвовал, — и, собственно, всё. Что и характерно: президент фестиваля не заявляет никакой позиции, не высказывает никакого credo. С дипломатической точки зрения это правильно, но практика показывает, что "над схваткой", вне противостояния разных литературных сил, удержаться все равно не получится. Вообще дипломатические качества в культуре, кажется, скорее вредны, чем полезны.

Впрочем, одна декларация все-таки прозвучала. Сказано было Бунимовичем дословно следующее: "Сегодня наш президент общался с народом и сказал так: «К сожалению, Россия — часть современного мира». Вот и наш фестиваль тоже исходит из этого". Затрудняюсь предположить, какая часть зала оценила всю глубину бунимовичевой язвительности и разобралась, в чей адрес эта язвительность направлена. Но, в самом деле, из выступавших поэтов жителей России было ровно двое — остальные либо иностранцы, либо русские из других стран. Однако для того, чтобы русская поэзия и в самом деле была частью мирового поэтического движения, этого, боюсь, недостаточно. Во всяком случае, прежде эпохи расцвета русского стиха всегда совпадали по времени с острым интересом русских читателей и особенно русских авторов к тому, что пишется в это же время в ведущих мировых поэзиях. Сейчас этого нет — и для того, чтобы этот интерес возродить, нужны усилия другого масштаба.

Еще из речи Бунимовича запомнилось такое место: "Помогал нам и комитет по культуре Правительства Москвы. И кажется даже, что я вижу где-то здесь его председателя. Но у нас на фестивале слово имеют только поэты. Так что вы, господин Худяков, занимайте, пожалуйста, место поудобнее, в соответствии с вашим статусом, — где-нибудь на галерке". Не всё ж быть дипломатом — надо же иногда и душу отвести. Мне было приятно.

От России читали: лауреаты премии "Москва—транзит" прошлых лет Светлана Кекова, Бахыт Кенжеев и Андрей Поляков; получившие премии — Большую и Малую — в этом году Виталий Кальпиди и Полина Барскова; Наталья Горбаневская и Алексей Парщиков, которых Бунимович объявил "живыми легендами" и вручил им за это по сувениру — небольшой рюмочке из янтаря с громким названием "Янтарный кубок" (Парщикову — вместе с бумажкой, приложенной к изделию на фабрике, с которой был зачитан безумненький текст: "В материале изделия могут встречаться неорганические включения, каверны и пузыри..." — очень близко по духу и стилю к парщиковским ироническим техногенным образам), и, last but not least, Олег Юрьев как представитель привязанных к фестивалю издательских проектов (книга Юрьева вышла в дружественной фестивалю серии "Поэты русской диаспоры"). Собственно говоря, хороши были все, даже Юрьев (который поэт-то замечательный, но читает, как оказалось, не слишком выразительно; однако если учесть, что в Москве он выступал впервые, то в любом случае важно было послушать, как он это делает). Но наибольшее внимание привлекали, разумеется, новоиспеченные лауреаты — Барскова и Кальпиди.

Кальпиди произнес маленькую речь, состоящую из нескольких афоризмов: "Стихи — это мимика поэта, а не его лицо"; "Поэзия — способ красиво убить время, пока время некрасиво убивает нас" и т.п. — как в любом афоризме (поскольку афоризм — жанр художественной литературы), мысли скорее тонкие и эффектные, чем верные, хотя с тезисом про мимику я, если подумать, и согласился бы: нет ничего более неприятного и неплодотворного, чем прирастание "поэтической мимики" к человеческому лицу, и уже порядком достали субъекты, которые и пописать ходят в ясном сознании, что они не кто-нибудь, а поэты. Выбор стихотворения для чтения меня удивил (вот оно — правда, с нелепыми пунктуационными ошибками). Публика попроще вскидывалась на строчке про сухой оргазм и мокрый энурез, и Кальпиди, в котором сильно провокативное начало, скорей всего имел это в виду, выбрав до конца лимит рискованности выражений, допустимый на этом отчасти светском мероприятии. Но одна из ведущих тем стихотворения — ошибка кровного родства, рождение героя не от той матери, которая должна была у него быть, — по сути дела, куда провокативнее, и кажется, что для выступления при вручении премии это едва ли не чересчур. Сегодня в 17.00 в некоей школе 179 (это та школа, во дворе которой был Георгиевский клуб, в двух шагах от метро "Театральная") Кальпиди будет показывать видеоклипы на свои стихи — если у кого есть возможность, загляните.

Полину Барскову я не видел три с половиной года, а не слышал с чтением стихов, кажется, все десять. Поэзия Барсковой за это время сильно изменилась, но несколько базовых свойств удержаны с самых ранних времен, и одно из них — небанальный у современного автора живой интерес к поэзии первой половины XIX века, желание вести прямой диалог с романтиками. В данном случае диалог оказался прямиком с Пушкиным, с "Подражаниями Корану": прозвучал вот этот текст. Стоило бы собрать новые стихи о войне — к вопросу о помянутом там Адорно. А может быть, шире: стихи про то, что Шаламов назвал "отрицательным опытом". Потому что уже начал — в связи с общим подмораживанием — формироваться новый социокультурный запрос на гражданскую позицию искусства, и велика вероятность того, что выльется это в тот же вздор, какой представляет собой литературный раздел "Лимонки" или какой-нибудь "Фронт радикального искусства". Но это реплика в сторону, а Барскова была прекрасна, и манера чтения только добавляла тексту объема: Полина читала, растягивая, так что короткие строки стихотворения казались длинными, и вместе с тем четко акцентируя ритм, особенно синкопы, а с какого-то момента еще и отвернулась от микрофона, обращаясь куда-то в сторону, — было все равно слышно (зал театральный, акустика на высоте), а артистическая составляющая жеста была очень сильна.

Иностранные делегации были представлены на открытии Сергием Жаданом (Украина), Хендриком Джексоном (Германия), Нурит Зархи (Израиль) и Амаду Ламином Саллем (Сенегал). Жадан замечателен в разных отношениях, но среди прочего — тем, что показывает, насколько верлибр способен быть энергетичным, драйвовым, ритмически плотным. И в устной подаче этот эффект усиливается. То, что на Украине Жадан — поэтическая звезда национального масштаба, говорит о здоровой основе новой украинской национальной культуры, способной не цепляться за вторичные признаки поэзии и настраиваться на первичные. В России это место должны были бы занять Львовский и/или безвременно рехнувшийся Медведев — а не занял покамест никто. Джексон считается одним из лучших переводчиков русской поэзии на немецкий, поэтому сам читал и стихотворение на немецком, и его перевод на русский (правда, перевирая ударения в половине слов, так что разобраться было довольно трудно), да и стихи, собственно, на русском материале — тоже вполне с драйвом. Пожилая израильская поэтесса и тихо читавшая свой перевод Гали-Дана Зингер crivelli на этом фоне несколько потерялись — что жаль, потому что стихи отличные, психологически очень тонкие и точные. Про африканского поэта, титулуемого главным наследником Леопольда Сенгора, ничего определенного сказать не берусь: по-французски со слуха я понимаю с пятого на десятое, а перевод был прочитан другого, давнего-давнего стихотворения, поскольку 20 лет назад президент ПЕН-центра Александр Ткаченко его перевел для какой-то еще советской антологии; да простят меня любители Африки во главе с Сидом, но любовная лирика вида "Твои ягодицы пышут жаром! О, каким жаром пышут твои ягодицы!" кажется мне давно утратившей стихийную свежесть.

В целом чтения были правильной длины и нескучные. Мне, положим, хотелось бы большей разноплановости русских участников, но логика Бунимовича, попытавшегося выбрать только в том или ином отношении безусловные фигуры и никого не обидеть, мне по крайней мере понятна.

Далее последовал русский фуршет, бессмысленный и беспощадный. Ольга Иванова olga_ivanova фотографировалась с сенегальским поэтом и сопровождающими его лицами. Светлана Бодрунова dinka в углу читала стихи филологу Марку Липовецкому. Поэтесса Александра Козырева проявляла свое преклонение перед Натальей Горбаневской тем, что пыталась сунуть ей в карман апельсин. Поминутно слышался звон падающих на пол бокалов, а книжный развал, организованный Данилом Фазовым fayzov, сиротливо стоял у дальней стены, и поэты равнодушно отводили от него взгляды.

Извините, если кого обидел © berezin

Comments

[fayzov.livejournal.com]

Мить, ничего не сиротливо, вот посчитаемся, денежку тебе подвалю)
Там нормально продавалось все, не бойся.
Но опять в статусе торгаша выступаю, сколько не уходил от этого, а вот(((

Шуткую

[dpdmitriev.livejournal.com]

Когда чиста и трепетна душа
Не так и страшен статус торгаша...

Re: Шуткую

[fayzov.livejournal.com]

Не до шуток и не до жиру - быть бы живу)

[noxa.livejournal.com]

Интерес читателей (имеется в виду -- непрофессиональных, т.н. "массовых") к поэзии возникнет только тогда, когда она перестанет строить из себя науку.

Ай не бейте дяденька!

[dkuzmin]

Искусство, как я его понимаю, существует для тех, кто может и хочет делать над собой усилия. Те, кто не может и не хочет, называются быдло - для них существует Алла Пугачева и мыльные оперы по телевизору.

[noxa.livejournal.com]

Хорошая отмазка для тех, кто не может заинтересовать читателя ;) Вроде всё правильно сказано, а на деле этим прикрываются те, кто под видом поэзии занимается филологией. Безусловно, у них есть свой круг почитателей -- но это лишь ничтожная полянкана огромном материке поэзии. Потому-то и забавно, когда жители этой полянки мнят себя центром понятия.

Я без злобы, честное слово! Мне у вас очень интересно, не прогоняйте :)

[dkuzmin]

Если у какого-то большого явления есть центр, то он маленький. А все прочее на огромном материке - периферия, проще говоря - охвостье. И всегда так было. Почитайте, как Некрасов Николай Алексеевич жаловался, что мужик с базара всё норовит не Белинского и Гоголя, а "милорда глупого" - тогдашний аналог мыльной оперы.

Заинтересовывать клиента - обязанность лиц, относящих себя к сфере обслуживания. Если искусство - это развлечение, то его прямая задача - идти к народу и развлекать. А если способ познания и постижения мира - то зритель с читателем ему нужны постольку-поскольку.

[noxa.livejournal.com]

Поэзии нет без читателя. Без читателя -- это та же самая графомания. Если от читателя требуется филологическое образование -- это всего лишь филологическая поэзия, и не более того. Центр поэзии -- образованное общество, что совсем не подразумевает специального филологического образования. Русская поэзия отличалась также ещё и своей духовной составляющей, но пришёл Бродский и всё испортил. :)

Поэзия -- явление объёмное, а вы пытаетесь обкорнать его до одной точки (в которой находитесь, естественно, вы). Существует вектор народности, вектор "филологизма" (условно можно назвать "профессиональной специализацией"), вектор популярности (не путать с народностью!) -- всё это разные координаты одного и того же явления. Почему именно ваше понимании поэзии (кстати, а какое оно?) является единственно верным и центрально-образующим? Просьба считать именно вопросом, а не претензией.

[argi.livejournal.com]

А если Вы совершите над собой усилие и послушаете Аллу Пугачеву, это будет акт искусства, или это Вы окажетесь в роли быдла?

[dkuzmin]

Вот я только что машину взял домой доехать — послушал полчаса "Русское радио", вместе с народом. Даже и усилий никаких не потребовалось. Или Вы на что другое намекали, сударыня?

[vodennikov.livejournal.com]

я тоже присоединяюсь (добровольно) к разряду быдла

*по крайней мере - теперь я знаю свое определения
и для этого даже не надо больше тратить ничьих личных усилий: ни Мити Кузьмина, ни всех остальных.

[dkuzmin]

Ну что ты, Дима. В отличие от прочих слушателей, самодентифицирующихся с Пугачевой как с простой бабой, орущей дурным голосом, ты самодентифицируешься с ней как с Примадонной, которой дарят миллион алых роз. Это совсем другой социально-психологический феномен.

[vyazmitinova.livejournal.com]

Дима, Ваш текст об открытии превосходен -- я словно побывала там + ознакомилась с редкостно для нашего времени вменяемым анализом ситуации. И в очередной раз вспомнила ЛЖМ -- не хватает подобного издания. И с каким-то мазохистским удовольствием внимательно прочитала диалог о сути поэзии. Это уже даже не глас вопиющего в пустыне, а уж не знаю, как и назвать... Далеко не первый раз сталкиваюсь за последнее время с Вашими тщетными попытками объяснить. что поэзия есть способ познания. Думается тому, кто этого не чувствует,по-моему, тут подходит глагол "чувствует", а не "понимает", объяснять это бесполезно -- поскольку объяснение апеллирунт именно к пониманию, но никак не к чувству, а как в таких случаях апеллировать к чувству, не знаю, хотя думаю, что и это бесперспективно, поскольку, видимо, речь идет об отсутствии возможности чувствовать нужное в данном случае. Не хочу никого обидеть, просто люди живут во многих мирах, это специфика нашего времени все перемешивать в силу возможностей информационных систем, а в этом случае получается уже некоторая супердемократичнось с суперпроявлениями худших сторон демократии как таковой с ее возведением на пьедестал среднести, то есть среднего уровня во всем с уверенностью этого уровня, что высшее достижение и единственная здравая правильность, все остальное -- малахольный выеб -- простите за выражение и вообще -- я уверена, Вы все и без меня понимаете, так что простите за банальность.

[noxa.livejournal.com]

Абсолютно любой вид осмысленной деятельности -- один из способов познания.

[vyazmitinova.livejournal.com]

Ну да, только виды деятельньсти и задачи у людей разные, как и уровни принятия и переработки информации.

[noxa.livejournal.com]

Я тоже умею переливать из пустого в порожнее ;)

[dinka.livejournal.com]

это Вы специально своих самых любимых нелитераторов в конце упомянули? не удержались? :)) или оно само так вышло? по привычке? :)))

какое Вы всё-таки чудо, Дмитрий.

[dkuzmin]

Есть фактические возражения? Не читала, не Липовецкому, не стихи, не в углу? Или дело только в том, что Ваше имя должно было быть названо в первом абзаце, рядом с начальством, а не в последнем?

[dinka.livejournal.com]

есть :) читала не ему, а Максу Маурицио, и не стихи, а только "сестру", которая Максу нравится, в том числе и изустно. а Марку я на тот момент была даже не представлена.
и не в углу вовсе, а у стенки :)))))))

да я не претендую на называние своего имени. тем более из Ваших уст :) Вы, скажем, его только в тех контекстах называете, которые могут вызвать ухмылку у читателя. :) это где-то даже приятно - такой специфический род внимания :))))

Фронт Радикального Искусства

[bgds.livejournal.com]

Не-а. Не извиним.

Re: Фронт Радикального Искусства

[dkuzmin]

Смешной вы какой способ пиара себе придумали: комменты у меня в журнале писать.

[guron-.livejournal.com]

По-Вашему, писать комменты у Вас в журнале - это способ пиара? Что ж Вы тогда его не закроете для публики?
А фраза "Не извиним", на мой взгляд, относится к тому, что Вы походя обвинили нас в агитпропе. Доказательства, сударь - где доказательства?

[dkuzmin]

Ну-ну-ну. Походя было сказано про вас только одно слово: "вздор". Какие ж тут доказательства...

Бессмертный Кузмин

[ed-zaiytsev.livejournal.com]

Fuck off!!!

Цитирую:

Стоило бы собрать новые стихи о войне — к вопросу о помянутом там Адорно. А может быть, шире: стихи про то, что Шаламов назвал "отрицательным опытом". Потому что уже начал — в связи с общим подмораживанием — формироваться
новый социокультурный запрос на гражданскую позицию искусства, и велика вероятность того, что выльется это в тот же вздор, какой представляет собой литературный раздел "Лимонки" или какой-нибудь "Фронт радикального искусства".



>> Итак, вы, господин хороший Кузмин упомянули Лимонку, Фронт.

Блядь, мистер, я эстет и от народа далек, да только до фуршетных филоложеств никогда не опускался. Да это быдло. как вы выражаетесь, оно вам поломает ребра и будет совершенно право. А вы?
Вы называете себя авангардистом. Как модно. Я счас разрыдаюсь. Синкопы, анбажеманы, неебически сечем в теории литературы, от слова "концепт", или "дискурс", наверно в штанишки спускаем.
Как это пошло и, по-меньшей мере подло, блять. Ну да Кузмин у нас не один такой. Умный, нах.
Равно, как и "скандально" "известный" Яркевич, наверно быстро понявший методы эпатажа для рубания капусты. Как Мэнсон. Мерилин. Не Чарли. И это он. Называющий себя новым. В то время, как такие мастера абсурда, как Довлатов,
Ерофеев в которых абсурд изображенный из реальной жизни. А у него абсурд какой-то абстрактный по существу. Да ладно, пипл то схавает и так.


Только, вам, сударь, чести и уважения, в русской литературе не прибавится.

P.S. Подумал сейчас. А хуй, с им, с этим Кузминым. Ему ж надо какими-то штилями описать свои филоложеские извращеия, (а в том, что подобные фуршеты суть извращения, может усомниться только старый онанист) На закономерные вопросы и требования объяснится, он, типа снызывает трепетно плечами, и обьявляет это пиаром. И вздором. Ну нормально, то как. Нормальный человек, если ему сказать вздор, он и верит. Вздор и есть вздор. Хули тут поспоришь. Кузмин великий и герметический. Уверен, что лито ФРИ в пиаре не нуждается. Равно, как и я свои полчаса в клубе использую не ФРИ защищая. Просто гадко как. Kill them all, m-r. Kuz-min.


"А с тополей летит пыльца
На шляпу Кузмина"

Выход из тупика

[ed-zaiytsev.livejournal.com]

Может проще, все-таки Кузмину пизды дать.
За базар должен каждый отвечать. И "младовавиловцы" тоже.
А то как-то пртивоэстетично это.